+7 495 988 - 47 - 70
Сохраняя суть, стимулируй прогресс
+7 495 988 - 47 - 70
Россия, 109004, Москва,
ул. А. Солженицына, д. 27 (Пн-Пт 10:00-19:00)

Трудный путь заявителя к потерпевшему

Не смотря на постоянное совершенствование уголовно-процессуального законодательства, остается еще немало вопросов, требующих дополнительного урегулирования и совершенствования. Одним из них является недостаточная определенность и урегулированность фигуры заявителя в уголовном процессе,  неопределенность самого понятия «заявитель»  и предоставленных ему прав.

На эту проблему обращают внимание многие исследователи. Существующие же пробелы создают предпосылки для злоупотребления своими полномочиями недобросовестными представителями органов дознания и предварительного следствия.

Для начала попытаемся определиться с термином «заявитель». Как отмечает в своей работе П.А. Рыжаков, законодатель не разъясняет содержания данного понятия . С этим сложно не согласиться, достаточно лишь посмотреть содержащиеся в УПК РФ нормы и увидеть, что существует лишь несколько статей, в которых используется данный термин (ст. ст. 120, 124, 125, 141, 144 - 146, 148, 219, 318, 399, 401.4, 463).


Анализ вышеуказанных норм уголовно-процессуального закона позволяет выявить особенности определения понятия «заявитель» в зависимости от стадии уголовного процесса. Если до возбуждения уголовного дела подобным образом именуется любое лицо, которое в установленном порядке и по установленной законом форме сделало устное или письменное сообщение о совершении преступления, то после возбуждения уголовного дела, данным термином обозначаются конкретные участники уголовного процесса, уже обладающие определенным статусом (потерпевшие, обвиняемые, свидетели и прочие), обратившиеся с каким-либо заявлением, ходатайством, либо иные лица, не являющиеся участниками процесса, в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.


В первом случае понятие «заявитель» фактически становится самостоятельным статусом лица, обратившегося с заявлением о совершении преступления. Во втором «заявитель» - конструкция, содержащая способ и форму реализации прав, предоставленных участнику уголовного процесса, уже обладающего конкретным статусом. На терминологическую неопределенность понятия «заявитель» как участника уголовного процесса, в частности, обращают внимание в своем исследовании Н.Е. Муженская и Г.В. Костылева, отмечая, что в зависимости от контекста, в одних случаях заявитель фактически приравнивается к потерпевшему, в других определяется как лицо, имеющее право заявлять ходатайства .


Иная нагрузка на понятие «заявитель» ложится в зависимости от степени заинтересованности лица, сообщающего о совершении преступления, в конечном разрешении данного вопроса. Одно дело, когда заявление исходит от лица, которому противоправными действиями причинен вред (потенциальный потерпевший), другое, когда о преступлении заявляет незаинтересованное лицо (например, очевидец).


Для первого заявителя важно не только донести информацию о преступлении до компетентных органов, но и добиться восстановления нарушенных прав. Для второго заявителя основная задача состоит именно в донесении информации о преступлении, а восстановление прав иных лиц по отношению к нему носит вторичный характер.


Остановимся подробнее на развитии статуса заявителя, которому преступными действиями причинен вред. Законный алгоритм развития ситуации при наличии к тому оснований должен привести к тому, что после возбуждения уголовного дела заявитель должен быть признан потерпевшим со всеми предоставленными данными участнику уголовного процесса возможностями защиты своих прав и законных интересов, позволяющих ему контролировать процесс расследования и своевременно обжаловать действия (бездействие) должностных лиц, осуществляющих производство по делу.


Но это в теории. На практике подчас складывается абсолютно иная ситуация, с которой сталкивались многие заявители и их представители. Для начала надо приложить немало усилий, чтобы добиться законного возбуждения уголовного дела, что может быть вызвано абсолютно различными причинами: от обычной лени и нежелания представителей правоохранительных органов заниматься расследованием, т.е. халатности, до личной заинтересованности, обусловленной коррупционной составляющей, либо банальной некомпетентности.


Независимо от причины бездействия, многие заявители на деле так и остаются в этом «статусе», в результате чего не имеют возможности защитить должным образом свои права и законные интересы, и поставить вопрос о возмещении причиненного вреда и ущерба. Такой заявитель обладает в полной мере лишь правами относительно реагирования на принимаемые решения по поданному им заявлению. Для полноценного участия в уголовном процессе после возбуждения уголовного дела ему необходимо приобрести иной статус.


И вот на этом этапе и происходит разрыв, поскольку вопрос о принятии процессуального решения о признании потерпевшим находится полностью во власти органов дознания и следствия. А если эти органы не заинтересованы в возбуждении и последующем расследовании уголовного дела, тогда, несмотря на то, что они с заявителем представляют одну сторону уголовного процесса (сторону обвинения), вопрос может находиться в подвешенном состоянии достаточно продолжительное время.


Конечно, заявитель может реализовать свои права как лица, не являющегося участником процесса, в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают его интересы, обжалуя данные решения в рамках уголовного процесса. Однако права данного лица существенно ограничены по сравнению с правами потерпевшего, поскольку указанное лицо не имеет, например, возможности знать о предъявленном обвиняемому обвинении, представлять доказательства, знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы и заключением эксперта в случаях, предусмотренных статьей 46 УПК РФ.


Кроме того, оперативность реагирования на принимаемые решения по делу значительно сокращается, поскольку УПК РФ не обязывает уведомлять заявителя, которому «забыли» присвоить статус потерпевшего, о принимаемых по делу решениях. Например, если следствие по делу будет приостановлено, то согласно статье 209 УПК РФ следователь обязан уведомить об этом только стороны уголовного судопроизводства, в том числе потерпевшего, но никак не лицо, которое обратилось с заявлением о совершении преступления.


До того момента, пока заявитель узнает о приостановлении предварительного следствия, может пройти значительное время, после чего может начаться бесконечный процесс обжалования вышестоящему руководству, в прокуратуру, суд. А время идет, следствие приостановлено, процесс доказывания усложняется, заявитель потерпевшим не признается, производство по делу не возобновляется, виновные лица к ответственности не привлекаются, причиненный ущерб не возмещается.


Какой же можно предложить выход из сложившейся ситуации? Н.Е. Муженская и Г.В. Костылева предлагают дополнить главу 6 УПК РФ «Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения» новой статьей, определяющей заявителя как самостоятельного участника уголовного процесса . С одной стороны, данный подход имеет определенные преимущества, с другой - необоснованно расширяет круг участников со стороны обвинения, дублируя существующие полномочия уже имеющихся участников.


Интересной представляется точка зрения С.А. Синенко о придании лицу, пострадавшему от преступления, статуса потерпевшего одновременно с подачей заявления о преступлении . Нам ближе позиция, согласно которой достаточно признавать заявителя, пострадавшего от преступления, потерпевшим с момента возбуждения уголовного дела. При этом данное решение должно быть обязанностью, а не правом органов расследования. Все эти меры призваны ограничить произвол со стороны недобросовестных работников правоохранительных органов по принятию своевременных решений о признании потерпевшими лиц, которым преступлениями причинен вред, чтобы последние могли полноценно реализовать возможности по защите своих прав и возмещению причиненного им вреда, а не оставаться в неопределенном статусе «заявителя» до конца производства по делу.

Председатель совета директоров IPT Group Сергей Нотов и сопредседатель совета директоров компании Павел Кориков стали соавторами книги «Эклогес. Опыт построения науки о выборах», вышедшей в издательстве «Филинъ» в августе 2017 года. В работе рассматриваются техники проведения избирательных кампаний с античного периода до наших дней.
15 Августа 2017
Право Исследования Юриспруденция
Пресс-секретарь IPT Group
Телефон
+7 495 988 - 47 - 70
Эл. почта
media@iptg.ru