+7 495 988 - 47 - 70
Сохраняя суть, стимулируй прогресс
+7 495 988 - 47 - 70
Россия, 109004, Москва,
ул. А. Солженицына, д. 27 (Пн-Пт 10:00-19:00)

Подписывайтесь на наши новости!

Об Изменениях в нормах, предусматривающих ответственность членов органов управления хозяйственных обществ, с учетом последних новелл в российском законодательстве

Игорь Осташевич

Главный юрист департамента российской корпоративной практики

Финансы Недвижимость Юриспруденция 5 Марта 2015

В условиях финансовой нестабильности в стране всегда актуальная тема ответственности членов органов управления хозяйственных обществ приобретает еще большую популярность. Участники хозяйственных обществ, видя существенное уменьшение чистой прибыли в преддверии годовых общих собраний акционеров (участников) и, соответственно, решений о выплате дивидендов, совершенно обоснованно начинают разбираться со всеми причинами снижения активов. И, не всегда, причиной этого становятся объективные обстоятельства: санкции, существенное повышение курса иностранной валюты, отсутствие приемлемых для использования кредитных ресурсов… Так сложилось, что усложнению бизнес-процессов, к сожалению, сопутствует риск злоупотреблений со стороны менеджмента, а высокой доходности проектов – риски, выходящие за пределы обычных предпринимательских рисков.

Законодатель, вероятно, сам того не желая, предвосхитил возможное развитие событий и 05 мая 2014 года Гражданский кодекс Российской Федерации (далее Гражданский кодекс РФ) пополнился новой статьей 53.1 «Ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица», которая вступила в силу с 01 сентября 2014 года. Такая вот антикризисная мера… Чем же дополнила указанная статья правовое регулирование?

Во-первых, законодатель закрепил право участника юридического лица предъявлять требования о возмещении убытков в интересах юридического лица, рассматривая участника как представителя такого лица. Возмещение в данном случае должно производиться в пользу юридического лица. Указанные положения подтверждают косвенную природу предъявляемых участниками юридического лица исков о взыскании убытков с членов органов управления такого лица.

По общему правилу, участник юридического лица обязан доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, в том числе, доказать недобросовестность и неразумность действий лица, входящего в органы управления юридического лица, повлекших причинение убытков. В то же время, в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абз. 5 п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Во-вторых, законодатель развил положения пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ об обязанности лица, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (так называемые фидуциарные обязанности), и зафиксировал возможность привлечения к ответственности за невыполнение этой нормы. Важно отметить, что законодатель в рассматриваемой норме достаточно лаконично раскрыл понятие добросовестности и разумности через категории «целое» и «часть» – это, в том числе, соответствие действий (бездействия) обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Как мы можем видеть, в данном случае законодатель использовал положения законов «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью», а именно «обычные условия делового оборота», а также сформулированное судебной практикой мнение об отсутствии оснований привлечения к ответственности, в случае если действия не выходят за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Стоит отметить, что законодателем, в рамках реформы Гражданского кодекса РФ, последовательно развивается принцип добросовестности и разумности в качестве одного из важнейших начал современного гражданского законодательства. Однако, при этом, действующее законодательство не дает безусловного понимания о содержании добросовестного или неразумного поведения членов органов управления, делая эти понятия оценочными, отданными на усмотрение суда в каждом конкретном деле. В связи с этим, рекомендуем ориентироваться на судебную практику, которая уже задолго до 01 сентября 2014 года, достаточно подробно рассматривает критерии недобросовестного или неразумного поведения. Так, например, уже упомянутое Постановление Пленума ВАС РФ №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» устанавливает, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. Помимо этого, указанное Постановление Пленума ВАС РФ содержит конкретные примеры, свидетельствующие о недобросовестности и неразумности поведения директора. Кроме того, для целостности понимания должной степени добросовестности и разумности применительно к членам органов управления юридических лиц, рекомендуется использовать сформулированные в Кодексе корпоративного управления (Письмо Банка России от 10 апреля 2014 г. № 06-52/2463) принципы добросовестности и разумности действий членов совета директоров и исполнительных органов. Так, например, разумные и добросовестные действия членов совета директоров предполагают принятие решений с учетом всей имеющейся информации, в отсутствие конфликта интересов, с учетом равного отношения к акционерам общества, в рамках обычного предпринимательского риска.

В-третьих, важной новеллой Гражданского кодекса РФ стало положение об ответственности лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания единоличному исполнительному органу и членам коллегиальных органов управления, за неразумные и недобросовестные действия, которые повлекли убытки для юридического лица. Такая формулировка представляется весьма широкой и может быть применена как к лицам, которые фактически владеют компанией (например, бенефициар), так и к лицам, которые фактически ею управляют (например, исполнительный директор или различного рода «советники генерального директора»). В условиях действия положений Закона о деофшоризации эта норма Гражданского кодекса РФ может иметь существенное значение и большие перспективы при рассмотрении дел, связанных с нарушением налогового законодательства. Однако, здесь уместно привести не только эти «экзотические» примеры. Теперь эта норма может применяться и к отношениям, возникающим в рамках группы компаний или внутри холдинга между основными и дочерними обществами. Безусловно, члены органов управления основных обществ могут существенно влиять на действия дочерних обществ.

В-четвертых, Гражданским кодексом РФ предусматривается солидарная ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, в случае их совместного причинения убытков юридическому лицу. Указанное положение конкретизирует пункт 4 статьи 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» и пункт 4 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Кроме того, теперь появилась возможность привлечь к солидарной ответственности лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания единоличному исполнительному органу, а также лицам, входящим в состав коллегиальных органов управления. В то же время, в случае если планируется предоставление полномочий выступать от имени юридического лица нескольким лицам, действующим совместно или независимо друг от друга (в соответствии с новыми положениями статьи 53 Гражданского кодекса РФ), рекомендуется отдельно проработать вопросы, связанные с ответственностью указанных лиц, в уставе и внутренних документах юридического лица.

В-пятых, законодателем уточнены положения об ответственности членов коллегиальных органов управления. А именно, член коллегиального органа несет персональную ответственность, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании. Таким образом, указанная норма дополняет положения Федерального закона «Об акционерных обществах» (абз. 2 п. 2 ст. 71) и Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (п. 2 ст. 44), придавая отдельное значение добросовестности неучастия в голосовании. Конкретные примеры, предстоит ожидать в текстах судебных решений. Голосование «воздержался», как и прежде, не освобождает членов коллегиальных органов управления от ответственности за принятие решения, повлекшего причинение убытков для юридического лица.

В-шестых, законодатель прямо запретил (под страхом ничтожности) заключение соглашений об устранении или ограничении ответственности членов органов управления хозяйственных обществ за совершение недобросовестных действий в любых хозяйственных обществах, а также соглашений об устранении или ограничении ответственности данных лиц за совершение не только недобросовестных, но и неразумных действий в публичных обществах. Кроме того, любое соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, ничтожно. Приведенные нормы о ничтожности соглашений об устранении или ограничении ответственности членов органов управления уточняют общее правило о запретах на ограничение ответственности, содержащееся в статье 401 Гражданского кодекса РФ.

Появившаяся в пункте 1 статьи 53 Гражданского кодекса РФ отсылка к нормам о представительстве стала новым аргументом в пользу представительской теории в отношении директора юридического лица. В связи с этим, появляется возможность оспаривать сделки, совершенные директором от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является. Кроме того, теперь при превышении директором полномочий, могут применяться положения пункта 1 статьи 183 Гражданского кодекса РФ, согласно которым, сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. Ранее, в соответствии с пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 октября 2000 г. № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации», в случаях превышения полномочий органом юридического лица при заключении сделки пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса РФ не применялся. С 01 июля 2015 года вступает в силу Федеральный закон от 29.12.2014 № 476-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и отдельные законодательные акты РФ в части регулирования реабилитационных процедур, применяемых в отношении гражданина-должника». Одной из сфер, так называемого «Закона о банкротстве физических лиц», может стать его применение по делам о взыскании убытков с членов органов управления юридических лиц, в случае если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения гражданином денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей в полном объеме перед другими кредиторами и размер таких обязательств и обязанности в совокупности составляет не менее чем пятьсот тысяч рублей.

Анализ изменений в нормах, предусматривающих ответственность органов управления хозяйственных обществ, дает основание полагать, что возмещение убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица, станет действенным способом защиты интересов участников юридических лиц, наравне с такими методами как оспаривание уже заключенных сделок и истребование имущества из чужого незаконного владения. Для возмещения данных убытков, на наш взгляд, целесообразно:
- применять уставы, внутренние положения об органах управления и трудовые договоры, позволяющие максимально исчерпывающе определить вопросы компетенции органов управления юридического лица;
- юридически грамотно формировать предмет доказывания по спорам о возмещении убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица;
- использовать адекватные и действенные меры по взысканию присужденных сумм.

1 Июня 2017

Светлана Бармушкина

Заместитель Главного бухгалтера

25 Мая 2017

Арсений Громов

Юрисконсульт департамента правового сопровождения управления недвижимостью

Финансы 11 Апреля 2017

Мария Демченко

Юрист департамента правового сопровождения инвестиционных проектов

Пресс-секретарь IPT Group
Телефон
+7 495 988 - 47 - 70
Эл. почта
media@iptg.ru