Подписывайтесь на наши новости!

Отправляя персональные данные из этой формы, я даю согласие на обработку персональных данных

Культурная ценность как объект права (II)

Эксперты: Виктор Шмелев, Сергей Карпов

Право Юриспруденция Художественные ценности 11 Июня 2015

Что такое культурная ценность с точки зрения права? Любая ли картина, рисунок будут являться культурной ценностью?
На эти и другие вопросы отвечают эксперты IPT Group

В первой части настоящей статьи мы вели речь о том, какие предметы с точки зрения межгосударственного и национального законодательства РФ могут признаваться культурными ценностями. Мы пришли к выводу о том, что понятие культурной ценности оценочно и для определения является ли конкретный предмет (картина, рисунок, икона, литография и так далее) культурной ценностью необходимо проведение искусствоведческой экспертизы.

Теперь поговорим подробно об особенностях и проблемах данного вида экспертизы.

В строго правовом смысле (ст. 9 ФЗ № 73) под экспертизой (судебной экспертизой) понимается процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу. Указанные исследования могут проводиться в государственных судебно-экспертных учреждениях (СЭУ) государственными судебными экспертами или в иных местах специалистами, обладающими необходимыми познаниями по интересующему предмету исследования. За заведомо ложное заключение эксперта предусмотрена уголовная (ст. 307 УК РФ) ответственность.

Аналогичные исследования, проводимые те ми же специалистами и теми же учреждениями, в том числе государственными СЭУ, в правовом смысле не являются экспертизой, а являются экспертным исследованием (научным мнением), которые оформляется в рамках гражданско-правовых отношений как оказание соответствующих видов услуг. По содержанию это могут быть абсолютно два одинаковых документа, а по форме они будут называться по-разному. При проведении экспертных исследований в рамках гражданско-правовых отношений, специалисты их осуществляющие не могут предупреждаться об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта, поскольку подобное исследование не является экспертизой и находится вне рамок процессуальных отношений. Уважающие себя учреждения и организации, проводящие экспертные исследования страхуют свою ответственность от возможных экспертных ошибок, чтобы в случае необходимости иметь возможность возместить клиенту, понесенные им убытки в результате недостоверного экспертного заключения.

Необходимо отметить, что ошибки при проведении экспертизы художественных ценностей распространены, в том числе, среди широко известных специалистов.

«Настоящим потрясением для музейного и антикварного мира стали признания главного авторитета по русскому искусству второй половины XIX века, долгое время работавшего в Третьяковке, — Владимира Петрова, по уголовному делу антикваров Преображенских, приговоренных к тюремным срокам за мошенничество — продажу поддельных произведений (с поддельным авторством)… Петров утверждает, что у него имеется информация о более чем 200 подобных «переименованиях», а в 20 случаях он признал свои собственные ошибки. Часть таких работ, приписываемых Алексею Киселеву, и фигурировала в деле Преображенских (с положительными экспертизами центра Грабаря). А поскольку на большинство картин из этой серии имелись заключения Третьяковской галереи (после внутреннего расследования в 2008 году Третьяковка признала, что ее сотрудники ошиблись 96 раз), а пострадавшими в этом деле молва называла самых высоких государственных чиновников, вскоре вышло распоряжение, запрещавшее музеям проводить экспертизу для частных клиентов»

Подобные примеры известны и за рубежом, бывали случаи, когда за несколько лет авторство картины менялось 7 раз. Круг таких лиц достаточно узок. Основная их ценность состоит в том, что только они способны вынести условно окончательный вердикт о принадлежности того или иного произведения искусства конкретному автору или его школе. Здесь необходимы именно субъективные знания, важна их индивидуальность, накопленный опыт и личный авторитет специалиста, которому нельзя научить, а можно приобрести только в процессе работы, данные знания невозможно заменить техническим методами исследования, призванными помочь специалисту в принятии окончательного решения. Вышеизложенные основания говорят о том, что, в принципе, невозможно на 100% дать гарантию объективности и правильности выводов специалиста, эти данные во многом будут мнением, основанном на объективных признаках.

Латентность экспертных ошибок в области судебной экспертизы и внесудебного исследования весьма высока. К ошибкам приводит, в том числе, отсутствие в нашей стране централизованной базы данных о материалах, использовавшихся для написания картин, отсутствие разработанной и апробированной общей методики экспертного исследования. Большинство заключений экспертов-искусствоведов представляет собой краткое описание произведения искусства и изложение мнения эксперта об авторстве или о дате создания произведения без приведения описания хода и результатов проведенного исследования, аргументации выводов. Часто заключение эксперта умещается на одной странице.

На практике, даже судебные и следственные органы при проведении искусствоведческих экспертиз вынуждены обращаться в негосударственные учреждения для проведения необходимых исследований, поскольку специально судебных экспертов для этого не готовят. В качестве таковых выступают специалисты в области искусства, научные работники музеев (например, из государственных (специализированные ведомственные учреждения культуры): Третьяковская галерея, Русский Музей, ФГУ «Всероссийский художественный научно-реставрационный центр имени академика И.Э. Грабаря», негосударственные: независимые экспертные институты – Арт Консалтинг, коммерческие организации, связанные с проведением аукционов, торговлей антиквариатом; негосударственные экспертные учреждения: НП «Федерация Судебных Экспертов», АНО "Судебная экспертиза", АНО "Коллегия Независимых Экспертов". Кроме того, при Министерстве культуры РФ существуют уполномоченные специалисты музеев, архивов, библиотек, реставрационных и научно-исследовательских организаций и иные специалисты, являющиеся внештатными экспертами Министерства культуры Российской Федерации и (или) членами экспертных комиссий Министерства культуры Российской Федерации или его территориальных органов по сохранению культурных ценностей, которые проводят экспертные исследования относительно культурных ценностей подлежащих вывозу за рубеж (Постановление Правительства РФ от 27.04.2001 №322 (ред. от 21.07.2009) «Об утверждении Положения о проведении экспертизы и контроля за вывозом культурных ценностей»). В государственных судебно-экспертных учреждениях такие исследования не проводятся, кроме таможенных органов, поскольку нет специалистов.

Среди экспертов-искусствоведов принято различать атрибуцию и экспертизу. В первом случае речь идет об искусствоведческой экспертизе с целью изучения предмета и определения его индивидуальных и классификационных особенностей, на основании которых он занимает свое место в музейных или библиотечных коллекциях, получает свой художественный или исторический статус. Искусствоведческая экспертиза проводится в тех случаях, когда данные атрибуции или сведения о предмете вызывают сомнение и по тем или иным причинам должны быть надлежащим образом подтверждены экспертами-культурологами. По сути, четкого разграничения между этими понятиями не существует, одно дополняет, уточняет другое.

Большинство судебных искусствоведческих экспертиз носят комплексный характер, что обусловлено интегративным характером стоящих перед экспертом задач. Во многих случаях эксперту-культурологу приходится исследовать материалы художественного изделия, подпись или клеймо автора, манеру (стиль) письма, признаки позднейшего воздействия (порчи, переделки, реставрации). Не каждый даже крупный музей и не каждая библиотека могут позволить себе приобрести дорогостоящее аналитическое оборудование для проведения физических и химических измерений, не говоря уже о дефиците хороших электронных микроскопов.

Таким образом, любое заключение искусствоведческой экспертизы можно назвать «научным мнением», которое, в общем-то, будет всегда носить вероятностный характер.

В этой связи можно порекомендовать всем, кто так или иначе стремится инвестировать в предметы искусства или заключает сделки, предметом которых являются произведения искусства:
- осуществлять тщательный выбор эксперта, который производит атрибуцию или искусствоведческую экспертизу картины. Желательно, чтобы сам эксперт был специалистом именно по тому периоду искусства, художнику или группе художников, перу которого(ых) принадлежит соответствующее произведение искусства, либо же критически оценивать экспертное заключение предоставленное другой стороной сделки;
- стремиться работать с комплексными экспертизами, которые помимо собственно искусствоведческих методов, применяют также технологические методы исследования, такие как инфракрасная рефлектография (исследование в слоев непосредственно под видимой поверхностью (т.е. нижележащих скрытых слоев), рентгено-флюоресцентный анализ (запись и последующий анализ спектра, полученного путем воздействия на исследуемый материал рентгеновского излучения, результат такого анализа - установление использованных в работе пигментов (в основном неорганических), инфракрасная спектроскопия с Фурье-преобразованием (FTIR) (применяется для установления органических красителей, неорганических пигментов, не выявленных при рентгено-флюоресцентном анализе, а также лаков, типа связующего, его возраста, степени полимеризации (старения) масла (путем отбора миропроб), а также ряд иных методов.

Исследовательский центр IPT Group начинает новое исследование на тему: «Инвестиционные ожидания российского бизнеса». Мы хотели бы понять, как оценивают собственники бизнеса инвестиционный климат в России сегодня и каковы их инвестиционные планы на 2018 год.
23 Октября 2017
Инвестиции Исследования
Пресс-секретарь IPT Group
Телефон
+7 495 988 - 47 - 70
Эл. почта
media@iptg.ru